Cамая полная Афиша событий современного искусства Санкт-Петербург
22 актуальных событий

«Чума нашего времени есть, бал тоже»

Ярмарка современного искусства Third Place Art Fair: искусство, тревожность и балаганное веселье

Конец года вновь ознаменовался частичным замораживанием культурных проектов и переходом многих инициатив в онлайн, но осень, на которую пришлась «передышка» от пандемии, была богата на яркие и интересные события в сфере искусства. Одно из таких событий — арт-ярмарка Third Place Art Fair, которая проходила в октябре в Санкт-Петербурге. Ее особенность — это не только демократичные цены на произведения современных художников, но и то, что провести ее решили во дворе исторического особняка семьи Лопухиных и Нарышкиных на Литейном проспекте. Специально для ярмарки была открыта часть еще неотреставрированной парадной анфилады здания середины 19 века, куда можно было попасть впервые с 1990-х годов. Как рассказали ArtTube кураторы проекта Елизавета Зиновьева и Наталья Карасева, отправными точками в концепции стали исторические колонны архитектора Гаральда Боссе во дворе особняка и арка современной художницы Алины Глазун с надписью: «Страшновато». Все это сложилось в историю про карнавал, тревогу и веселье, когда реальность пугает и хочется забыться. Отсюда и название — «Пир во время чумы».

В Санкт-Петербурге уже сложилась традиция ярмарок современного искусства, где можно приобрести работы художников по весьма доступным ценам. В рамках Third Place Art Fair работы также продавались в ценовом диапазоне от 1 тыс. до 50 тыс. рублей. Чем эта ярмарка отличалась от других подобных?

Елизавета Зиновьева: Я думаю, что концепция наша не нова. Каждая ярмарка отличается выбором художников. Как ни крути, каждый куратор выбирает что-то по своему усмотрению. Мы не хотели фокусироваться на Петербурге, в Third Place Art Fair приняли участие и галереи из Москвы, и из Нижнего Новгорода. Плюс мы не делали ограничений, эта ярмарка только для галерей, или эта ярмарка только для художников. К тому же, у нас была обширная образовательная программа, которая могла помочь неопределившимся разобраться, что же стоит приобрести. Идея организовать ярмарку доступного искусства THIRD PLACE ART FAIR принадлежит Ольге Звагольской, которая является основательницей нового городского пространства Third Placе. Именно она пригласила нас выступить в роли кураторов ярмарки. Основной нашей задачей было привлечь актуальных и заметных на российской арт-сцене художников, а затем отобрать с ними произведения в ценовом диапазоне до 50 тыс. рублей. Мы хотели показать, что, условно говоря, «искусство из музея» может оказаться у вас дома, его не надо бояться и думать, что коллекционирование — это только для Абрамовича.

Наталья Карасева: Еще мы мыслили ярмарку сразу в контексте других городских арт-ярмарок. Хотелось отличаться от них. Поэтому мы пошли нестандартным путем и придумали тему для события. В этом году девизом было провокационное «Пир во время чумы»: про двойственность, скрытые личины, тревожность и одновременно балаганное веселье.

Е.З.: Мне кажется, все, что мы хотели — мы сделали. THIRD PLACE ART FAIR также включала в себя выставку Collect/Connect и обширную образовательную программу.

Интересное название – «Пир во время чумы». Ярмарка как раз проводилась между двумя волнами COVID-19…

Е.З.: Да, тут ничего сложного, мы проводили ярмарку в 2020 году, когда во всем мире бушует пандемия. К счастью, в начале октября был спокойный период, и вторая волна еще не началась. В общем, чума нашего времени есть, бал тоже. Ведь ярмарка в роскошных залах дворца предполагает праздник.

Н.К.: Нашей отправной точкой в концепции стали две вещи. Первая — исторические колонны Гаральда Боссе во дворе особняка. Это мощная отсылка к венецианским аркадам. Вторая вещь — арка Алины Глазун с надписью: «Страшновато», которая и до ярмарки стояла во дворе. Все это сложилось в историю про карнавал, ощущение одновременно тревоги и веселья, про двойственность всего, про забытье от реальности, когда реальность пугает. Правда, ближе к открытию мы себя немного цензурировали и поубавили употребление фразы «Пир во время чумы» — в Петербурге возрастало число больных COVID-19 и мы посчитали фразу не совсем этичной. Но в концепции все сохранилось.

По какому принципу отбирались участники ярмарки – галереи и независимые арт-пространства, художники?

Е.З.: Мы отбирали участников по нескольким критериям. Во-первых, это актуальность и представленность на рынке. Во-вторых, мы хотели показать молодых художников и молодые проекты, но, тем не менее, все наши участники уже выставлялись в галереях, музеях, ярмарках. Например, один стенд занимала онлайн галерея White Lines. Да это свежий проект, они запустились в этом году, но они уже участвовали на Blazart и в целом работают с художниками, которые нам близки. Также нижегородская галерея ТОЛК. Они вообще работают со звездами стрит-арта такими, как Ерор Той и Паша Бумажный. На ярмарке представлял своих художников Саша Бланарь и московская галерея Betweenwindows, за которым мы тоже активно следим.

Н.К.: Еще эстетический принцип был не на последнем месте. Мы воображали себе ярмарку пестрой, яркой, цветастой — хотели этакую «кустодиевскую пестрядину». Поэтому и к участию приглашали авторов, которые не боятся цвета.

Это ваш первый кураторский опыт такого рода события?

Е.З.: Это наш первый кураторский опыт именно ярмарки. И я, и Натали уже выступали в роли кураторов выставок. Сейчас мы занимаемся организацией образовательных мероприятий в области культуры и просвещением, поэтому мы хорошо знакомы не только с художниками, но и с аудиторией, и понимаем, какие есть сложности у людей перед тем, чтобы купить искусство.

Н.К.: Работа над проектом была челленджем в плане сроков. Предложение курировать ярмарку поступило нам за пять недель до даты открытия. За пять недель «Третьим местом» была собрана ультра профессиональная команда и реализованы все задуманные идеи. Но мы работали в «московском» ритме!

Е.З.: Наши впечатления максимально положительные. Мы надеемся, что продолжим работу в качестве приглашенных кураторов в этом и других проектах.

Курировать выставку и курировать ярмарку – это все-таки не одно и то же. Расскажите, пожалуйста, об этих отличиях. Может быть, вы что-то привнесли из своего предыдущего опыта в эту работу?

Е.З.: Да, конечно, это очень разные события. Я бы сказала, что работа с коммерческим проектом, то есть с ярмаркой, нам ближе. Нам нравится процесс принятия нашей аудиторией современного искусства. Смотреть его многие уже научились, но покупать это другое. И задача куратора ярмарки сделать не красивую, умную выставку, а показать, что искусство — часть нашей жизни и ему место у вас дома. Что касается опыта, главный опыт это насмотренность. Чтобы пригласить актуальных художников нужно быть в среде. Второй момент, это опыт организационной работы. И у меня, и Натали большой бэкграунд именно организаторов событий в области культуры. Это позволило нам учесть все сложности и провести мероприятие гладко. У нас даже нет истории, что где-то что-то пошло не так. Знаете, всегда есть такая история, что в последний момент что-то вдруг ломается, не приезжает, кто-то недоволен. С нами работали потрясающие профессионалы своего дела: архитекторы из Da bureau и команда Third Place, поэтому получилась слаженная работа. Я не хвалюсь, просто даже сама удивилась, что нет забавной истории про «факапы».

Н.К.: Даже обидно как-то, что нет такой истории (смеется). Если говорить об отличиях между курированием выставки и ярмарки, то на выставке совсем не может быть случайных вещей. Хорошая выставка это композиция, где нет ничего лишнего, и всего достает. С ярмаркой проще, мы задали общий тон концепцией, а если из нее что-то выбивалось, то это не было критично. Это ведь ярмарка, балаган! Тут легче, если говорить о дотошности по отношению к деталям.

Были ли какие-то сложности при организации экспозиции с учетом того, что это историческое место?

Е.З.: Мне нравится, взаимодействие классической архитектуры и современного искусства. Они могут дополнять особенности друг друга. Это не новый прием, та же Венецианская биеннале регулярно захватывает под свои выставки палаццо и выглядит это каждый раз шикарно. Так как мы проводили ярмарку до реконструкции помещений, это, с одной стороны, давало нам карт-бланш, у нас не было ограничений, где можно прибить гвоздь, а где нет, где повесить лампу, а где нет. С другой стороны, неотремонтированные залы обладали потрясающей энергетикой и эстетикой. Здание простояло заброшенным почти 20 лет, поэтому мы имели не только историческую архитектуру, но и граффити на стенах, которые появились здесь, когда особняк стоял заколоченным.

Н.К.: Так как архитектура ярмарки складывалась из корнеров, то сложностей с тем, как вписать искусство не было: во всем великолепии особняка были выстроены классические белые стены, на которых искусство не терялось. Мне кажется, сложнее пришлось Насте Пацей, которая курировала выставку в рамках ярмарки. В ее залах не было белых стен, и она искала радикальные решения, чтобы искусство не терялось в фактуре стен. Например, под графику Ани Афониной она сделала черные выкрасы на стене.

Типичный покупатель на ярмарке – кто он?

Е.З.: Я предполагаю, что типичный покупатель доступного современного искусства это молодые люди 30-40 лет, которые занимаются бизнесом или занимают руководящие должности. Они очень хорошо образованы, много путешествуют и уже почувствовали тренд на современное искусство, и у них есть возможность приобрести спонтанно (все-таки они не готовились к походу на ярмарку полгода) работы за 30-50 тыс. рублей.

Н.К.: Я бы разделила всех покупателей условно на две группы. Первые — те, кто в теме. Кто давно изучает современное искусство, был на подобных событиях, кто уже что-то покупал. Им уже ничего не страшно. И новички, кто пришел за первой покупкой, и, поборов страх, сделал первый шаг. Постепенно последние становятся первыми. Но общее для всех это ставка на собственное развитие, расширение границ и образование.

В целом вы остались довольны тем, как все прошло?

Н.К.: С учетом всех вводных — первая ярмарка, пандемия, кризис, 5 недель на организацию и pr — мы довольны результатами по посещаемости и продажам. Концептуально тоже все сложилось, получилось емкое и яркое высказывание. Для нас это была хорошая проверка организаторских способностей и быстрого срастания с другими командами ради общей цели. Кажется, мы справились!

Интервью: Евгения Зубченко